СОСНА
(PINUS)
сем. Сосновые

Новости
Энциклопедия
Источники
Каменистый садик
Websad

Сосна могильная — Pinns funebris Коm входит (по В. Б. Сочаве, 19446, 1945а и В. Н. Васильеву, 1958) в экологический тип реликтов «южноманьчжурских ксерофитов». На обособленность сосняков и их компонентов (можжевельника твердого — Juniperus rigida Siebold et Zucc, абрикосов, многих травянистых видов) во флоре и растительности края первый указал И. К. Шишкин (1933). Он полагал, что это недавние пришельцы послеледникового периода из Маньчжурии. По мнению В. Б. Сочавы (1944б), сосняки не только наиболее обособленные, но и древние элементы растительности Приморья; они «... росли рядом со смешанной маньчжурской тайгой еще тогда, когда последняя значительно отличалась от современной...», и «... параллельно развивался класс формаций травянистых ксерофитов на равнинах Зейской и Приханкайской». Здесь, по мнению этого автора, они «...представляли новообразования на вторичных местообитаниях, проникли в виде готовых комплексов видов с устанввившимися экологическими и биоценотическими  связями.  Позднее  формации  этого  комплекса начали ассимилировать монгольский степной элемент». В общем же, как указывает этот крупный ботанико-географ нашей страны, сосновые леса и фитоценозы маньчжурских ксерофитов существовали еще «... до того периода, когда началось раздробление древнеманьчжурской смешанной фратрии в результате общей ксеро- и психрофилизации растительного покрова, возникших под влиянием новых физико-географических ситуаций квар-тера». По схеме В. Б. Сочавы, иллюстрирующей стадии развития растительного покрова Дальнего Востока, приведенной им в своих работах, сосняки отделились от фратрии праманьчжурского смешанного леса значительно раньше других формаций, а от них уже пошла ветвь «маньчжурских травянистых ксерофитов».

Фотография Ткаченко Кирилла


В. Н. Васильев (1958) также указывает на большую древность сосняков и «маньчжурских ксерофитов», но не датирует время их появления в Приморье.

Таким образом, оба известных исследователя справедливо указывают, что сосняки и вообще ксерофиты флоры Приморья, их группировки являются одними из первичных, коренных элементов, возникли здесь in situ. По " В. В. Никольской (1952), пыльца сосны была обнаружена в нижне- и среднечетвертичных отложениях на Приханкайской равнине.

Роль ксерофитов в различные периоды геологической истории окраины азиатского материка была неодинакова: увеличивалась в связи с регрессией моря и обусловленной ею сухостью климата. В современный исторический отрезок времени, как уже отмечалось, ксерофиты и степняки деградируют и несомненно могут быть отнесены к категории реликтов.

Систематическое положение, ареал общий и в пределах Приморья, экологические и биоценотические особенности сосны могильной (рис. 18) неоднократно освещались в литературе (Маак, 1861; Будищев, 1898; Комаров, 1901, 1933; Шишкин, 1933; Куренцова, 1956, 1962, и др.). В. Л. Комаров, описывая данную сосну как новый вид для науки, а также позже, в I томе «Флоры CСCP», указывал, что в систематическом отношении она стоит ближе к видам Pinus densiflora Siebold et Zucc, P. thunbergii Parl., распространенным на Корейском полуострове, в Японии и Китае, чем к P. silvestris L. Корейские и китайские систематики именуют ее именно как P. densiflora.

Распространение сосны могильной в Приморье охватывает преимущественно юго-западные его районы: юг Хасанского р-на, истоки р. Монгугая; обильна в западных и спорадически растет в восточных приханкайских районах, затем в верховьях рек Лефу, Даубихе, Майхе. За пределами СССР данный вид сосны занимает большие площади на севере п-ова Корея и в сопредельных частях Китая, но, как уже отмечено, она именуется там иначе.

Таким образом, в Приморье проходит северо-восточная граница ареала этого вида сосны. Поскольку P. funebris в систематическом отношении стоит ближе к соснам, распространенным к Японии и на Корейском полуострове, чем к евразиатской P. silvestris, можно сказать, что она проникла в Приморье не из Северо-Восточного Китая, как полагали И. К. Шишкин  (1933), а также и мы в своих прежних работах (Куренцова, 1956, 1962). Сосны из группы Densiflora — эндемичные для данной части Восточной Азии, в периоды регрессий океана, когда Японские острова соединялись с материком, могли образовывать пояс растительности на низкогорьях, примыкающих к имеющимся здесь более или менее обширным водным бассейнам. Сосна и в настоящее время растет в Приморье на прибрежных песках, на сухих каменистых склонах, обращенных к морю, окружающих Приханкайскую равнину, некогда заполненную водами оз. пра-Ханка, или в некоторых пунктах верховий рек Даубихе, Лефу и других, долины которых в данных местах в геологическом прошлом представляли собой водоемы. Последние возникли в прошлом вследствие вулканической деятельности или иных горообразовательных процессов. С течением веков воды разрушили горные породы, образовались долины, по ним потекли реки, а сосновые рощи остались на гранитных и известняковых утесах как немые свидетели далекого прошлого. Поскольку сосна по своей природе исключительно засухоустойчива, можно полагать, что появление ее в Приморье совпало с сухим климатом. Увеличение его влажности впоследствии способствовало расширению границ кедровников, чернопихтарников, широколиственных лесов; они вытеснили сосну с прежних мест ее произрастания, и она сохранилась теперь лишь там, где другие древесные породы вообще не могут расти. Большой ущерб соснякам приносит и деятельность человека, особенно лесные пожары.

Еще в недалеком прошлом сосна занимала площади в Приморье значительно большие, чем теперь, встречалась чаще (Шишкин, 1933; Куренцова, 1956). В настоящее время данная порода растет небольшими группами или рощами на крутых каменистых южных склонах низкогорий и на песчаных наносах. Высотный оптимум ее в пределах 100—200 м над ур. м. Характерно, что сосна занимает преимущественно вершины, возвышающиеся на общем фоне данного горного массива, или наиболее выпуклые участки склонов. Здесь наблюдаются повышенная инсоляция, резкие колебания суточных и сезонных температур, сильные ветры. Сосна сохраняется в подобных условиях благодаря своей засухоустойчивости и отсутствию конкуренции со стороны других растений. Совместно с нею встречаются лишь одиночные деревья абрикоса маньчжурского, дуба монгольского, реже — зубчатого, березы даурской и Шмидта и некоторых других пород. Сосняки обычно окружены сухими дубовыми редколесьями с остепненным покровом, но местами, например в верховье р. Майхе, впадающей в Уссурийский залив, в среднем течении р. Адими, впадающей в Амурский залив, в истоке р. Сандугана — притока р. Лефу, а в недавнем прошлом — на п-ове Муравьева-Амурского, на склонах к р. Седанке, сосняки контактируют непосредственно не только с дубняками — явными дериватами сухих кедровников, но и с многопородными мезофитными лесами. Следовательно, в прошлом, до начала интенсивной деятельности человека и воздействия его на растительность Приморья, сосняки не только составляли значительные массивы сами, но и были вкраплены небольшими рощами в коренные же здесь хвойно-широколиственные леса.

Сосняки на горных склонах подразделяются на 4 основные группы ассоциаций в зависимости от состава сопутствующих видов растений: с остепненным разнотравным покровом; с господством овсяницы овечьей; с березой Шмидта и рододендроном Шлиппенбаха; без покрова и подлеска — на приморских скалах. Каждая из перечисленных групп свойственна определенным частям края.

Горные сосняки с остепненным разнотравным покровом характеризуются участием в травостое монголо-даурских ксерофитов-степняков. Из злаков: змеевка китайская, келерия тонкая; из разнотравья: песчанка ситниковая — Arenaria juncea M. В., володушка козелецелистная — Bupleurum scorzonerifolium Willd., истод узколистный — Polygala tenuifolia Willd., лилия тонколистная — Lilium tenuifolium Fisch. и др. Распространены эти сосняки в западных приханкайских районах, где встречаются очень часто и распределяются равномерно на соответствующих формах рельефа в бассейнах рек Синтухи, Молоканки. Бейцухе, на хребтах Синем и Дубовая Грива.

Сосняки с овсяницей овечьей (типом) охватывают южные и восточные прпханкайские районы, верховья рек Даубихе, Лефу, Майхе. Характерно для них господство в покрове типца — резко выраженного ксерофита и доминанта степных сообществ Забайкалья, прилегающих частей Монголии, Северо-Восточного Китая. Интересно, что в этих же районах Приморского края встречаются и кедровники с покровом из типца. Совместное произрастание кедра корейского с этим злаком может быть объяснено только тем, что в далеком прошлом кедр вытеснил произрастающую здесь сосну, типец же приспособился к новым условиям произрастания. Участие прочих компонентов фитоценозов тппцовых сосняков несколько варьирует в различных пунктах их произрастания. Так, в верховье р. Лефу отмечены редкие для флоры Приморья лапчатка уссурийская — Potentilla ussuriensis Juz. и полынь Сайто—Artemisia saitoana Kitam., в истоке р. Сандугана — кизильник темноплодный — Cotoneaster melanocarpa Lodd. и тимьян, в верховье р. Майхе, на скалах горы Змеиной — можжевельник твердый.

Береза Шмидта и рододендрон Шлиппенбаха сопутствуют сосне лишь в Хасанском р-не; северная граница их проходит по р. Адими. Какие-либо другие специфические виды растений в них не отмечены.
Сосняки на приморских скалах наиболее типичны для п-ова Гамова. Здесь сосна очень обильна и исключительно декоративна. Подлесок и травяной покров в них отсутствуют.

Сосняки на песчаных наносах (псаммофитные) сохранились в Приморье лишь в двух местах: на западном побережье оз.Ханка, у с. Турий Рог, и на о. Сосновом, находящемся в 800—1000 м от берега озера, но еще в 20-х годах настоящего столетия псаммофитные сосняки росли не только вдоль всего западного побережья оз. Ханка, но встречались и в устье рек Сидими, Тюмень-Улы, на берегу Японского моря. Состав данных сосняков довольно оригинален. Здесь растут многие очень редкие, почти эндемичные для флоры края виды растений. Среди них наибольший интерес представляют тимьян Пржевальского — Thymus przewalskii Kom. и ханкайский — Th. chankoanus Klok. — эндемы если не флоры Приморья, то во всяком случае бассейна оз. Ханка. Здесь растут и очень редкие для края ирис маньчжурский — Iris manshurica Maxim, с желтыми цветками, полынь типа Artemisia commutata Bess., фиалка Гмелина — Viola gmeliniana Roem., осока Кобомуги - Carex kobomugi Ohwi, сапожниковия раскидистая — Saposhnikovia divaricata (Turcz.) Schischk., ломонос шестилепестный, остролодка остролистная  — Oxytropis oxyphylla (Pall.)  DC. и др.

Сосна могильная, несмотря на безусловно очень большой ее геологический возраст, суровые условия произрастания и несоответствие современного климата Приморья ее биологии, все же довольно жизнестойка. Как показали специальные исследования, эта порода в местах, где она распространена, возобновляется генеративно вполне удовлетворительно. Она дает здоровый, надежный подрост вблизи материнских растений как на горных склонах, так и на прибрежных песках; под пологом же окружающих дубовых и смешанных насаждений возобновления сосны, как правило, не наблюдается. Наши подсчеты показали, что на уже упомянутой горе Змеиной в верховье р. Майхе иод пологом сосны на площади 0.02 га было обнаружено 23 молодых ее экземпляра высотой от 10 до 100 (150) см; в верховье р. Лефу на площадке 100 м2 в среднем оказалось 60 молодых сосен высотой 50—150см; на хр. Дубовая Грива Ханкайского р-на — 19 шт. высотой 10— 100 см, и т. д.

На о. Сосновом в среднем на 100 м2 было более 500 всходов и 27 одно- и трехгодичных экземпляров. И здесь возобновление сосны строго ограничивается площадью, занятой насаждением данной породы. Губительными для сосны оказываются пожары и бессистемные рубки, вследствие которых местный ареал ее сокращается. К тому же на о. Сосновом волны подмывают берег и растущие на нем сосны.
В культуре сосна могильная в крае почти не встречается. Известно несколько хорошо развитых экземпляров ее в Ботаническому саду ДВФ СО АН СССР (окрестности Владивостока) и в дендрарии Горно-таежной станции, в 25 км южнее Уссурийска. Изредка встречаются молодые сосны по кюветам и вдоль дорог в западной части Ханкайской равнины. Можно ожидать благоприятных результатов при выращивании ее в лесопитомниках, особенно на сухих безлесных склонах и песчаных наносах, не пригодных для произрастания менее засухоустойчивых древесных пород.

Как мы отмечали в работах 1956 и 1962 гг., сосняки Приморья фитоценотически и экологически близки сосновым борам Монголии (Юнатов, 1950), Урала (Сочава, 1945б), Украины (Котов, 1947), ряда других частей Советского Союза (Козо-Полянский, 1931).

Отсутствие фактического материала не позволяет разграничить ареалы сосны могильной и сосны обыкновенной в геологическом прошлом, но известно, что в нижнее и среднее четвертичное время, в периоды регрессии моря, пыльца сосны (без указания вида) была найдена на Дальнем Востоке далеко за пределами ее современного ареала: на восточных склонах Сихотэ-Алиня, в низовье Амура и пр.   (Колесников,  1945).

Сосна могильная по ряду признаков (ограниченность ареала, узость экологической амплитуды, слабая конкурентная способность) как вид должна быть старше сосны обыкновенной. Относясь к группе видов восточноазиатских сосен, она и возникла здесь, на берегах древних водоемов, в один из засушливых периодов дотретичного времени. Из этой же группы, как правильно предположил М. И. Котов, впоследствии выделилась и сосна обыкновенная. Она, как молодой, прогрессирующий вид, распространилась на евразиатском материке, создала одну из основных здесь лесную формацию. Сосна же могильная испытывает депрессию в связи с неблагоприятными для нее современными климатическими условиями. Последние способствуют расширению ареалов мезофильных древесных пород, сосна же сохраняется теперь только в экологических нишах, неблагоприятных для произрастания влаголюбивых растений. Деятельность человека также сказывается неблагоприятно на сосняках; они не гибнут лишь исключительно благодаря нетребовательности самой сосны к эдафичесюга и гидрологическим факторам среды (Коркешко, 1935).



Реликтовые растения Приморья. Куренцова Г. Э. 1968. Изд. «Наука», Ленингр. отд., Л.  1—72.

Посещений страницы: 11620


Rambler's Top100 Главная страница ЭДСР HumanGarden.ru